fallout.ru

Топ Ган

Mr.Muzzle

Believe me, all my friends, in the ending of the story
There's no junkie out there with a happy ending
It consumes you, and haunts you like the devil
It's the art of the process that kills off all the rebels
-- Learn From This Mistake of Down

 – Я не знаю, мне кажется, не дотяну до завтрашнего утра. Щедрый Брама, ещё почти целые сутки, а караван придёт к полудню,– почти шёпотом сказал Стюарт «Топ Ган» Рэйкер своему корешку, такому же «летуну» как и он сам, Дэниэлу Ньюмену. Впрочем, Дэнни было это пофигу: фигурально он был на своём девятом облаке уже час. Лицо Рэйкера покрывали мелкие бисеринки пота, руки его тряслись, весь организм надрывался в крике: – «Джет! Джет! Джет!»

 Тяжело встав, Стюи качаясь направился к Вёджн Стрит. Перед глазами всё плыло, и без того блёклые, выгоревшие краски Рино виделись словно через грязное стекло. Сделав пару шагов, Стюи стошнил. Блевать собственно было нечем, дня два почти ничего не ел, изо рта лилась едкая желто-зеленая слизь. Сердце бухало и готово было проломить грудную клетку. Всё… Прошло… Опираясь слабой рукой о стену «Кэтс Пау», пачкая пальцы о свежее граффити, Рэйкер пошёл дальше. Путь из заднего дворика «Десперадо» показался ему самым долгим со времён, как он продал своих браминов, завязал с караванным бизнесом и начал «летать». Теперь Стюи решил завязать с пилотажем, а его друг и бывший конкурент Паоло Салвинелли пообещал привезти из Реддинга антидот от джета.

 Ну вот и перекрёсток. Те же лица что и всегда. Зазывала курятника или вернее кошатника Шеб, шпанёнок Коди с вечно голодными глазами, шлюхи, пушеры-сутенёры, сутенёры-пушеры, и конечно он – Джулс. Такой маленький королёк Вёджн Стрит, переполненный дерьмом и любовью к ближнему, выражающейся в джете. Впрочем, джет тоже дерьмо. Глаза Джулса скользнули мимо Рэйкера и тут же вернулись обратно. Дилер №1 Вёджн Стрит улыбаясь так, что стало видно его золотой зуб, вразвалочку направился к Стюи.

 – Мой любимый клиент! Стюи! Ты совсем забыл своего друга Джулса – голос говорившего звучал в голове Рэйкера, как в гигантской жестяной бочке, метаясь от стенки к стенке – Бррраааатттииишшккааааааа, где гггдд ддддееее ееее

жжжжжжж жжжеееееее

же ты ты ты тыыыыыы

прооопааадд ддаааллл

целллых тттт триии трииииии

триии ддддд нннннн дняааААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА

 Улыбка Джулса заполняла собой всё обозримое пространство, зубы стали игловидными, длинными и всё вытягивались, пока не превратилась в оскал Ванаминго. Слова заполнили череп Рэйкера и ему казалось, что мозги уже вытекают из носа.

– Тыыы чтоо
брааатииишшкааааа?
Сооооовсссеем хууддооо?
Ййессслиии нееетт ббааблаа
ссстааринаа Джжжжуулс даассст
ттеббее Джжжеетт в дооллг
Ттыы оттдаашь яааа в

 ттеебе уверен, – внезапно звук пришёл в норму. Только сердце снова чуть не выпрыгивало из груди. – Эй, да у тебя кровь из носа течёт.

Стюи, не глядя на Джулса, боясь, что не дай бог сейчас всё начнётся снова, зашипел:

 – Бля, заткнись! Заткнись, мать твою так! Заткнись или лучше исчезни. Да! Исчезни! – правая рука Рэйкера начала выделывать пассы, словно разгоняя дым.

 Подобно гаснущим утром неоновым огням, померкла улыбка Джулса. – Хер с тобой торчок, сам прибежишь. Нет, нельзя с вами по-доброму.

 Пушер развернулся и пошёл к своему месту на перекрёстке. Топ Ган вздохнул и съехал хребтом по стене. Рубашка задралась и он сильно расцарапал спину. Боли он не испытывал, он сам был боль. Кровь перестала капать и начала запекаться на подбородке и под носом. Рэйкер попытался её стереть, но только размазал и смешал застывшие сгустки с грязью и краской. Мимо прошла мадам Китти, спеша в свой кошатник, бросив на Стюи взгляд полный жалости. Рэйкер вырубился.

 Он не знал, сколько времени пробыл в отключке и пришёл в себя, почувствовав толчки. С трудом разлепив глаза, Стюи увидел перед собой Шеба и Коди, протягившего ему початую бутылку Ньюки. Приняв бутылку, он сделал глоток, это была не Ньюка, а просто вода. Вроде стало легче, хотя скорее это иллюзия, но Рэйкер за неё ухватился.

 – Ты лучше умойся Топ, – сказал Шеб. – Выглядишь – отстой. Попить у меня есть настоящая…

 – На трайбала похож, – влез Коди.

 – Ладно, малой, давай, вали отсюда, мне с Топом поговорить надо, – бросил Шеб Коди. Тот, по обыкновению сверкнув глазами, унёсся прочь.

 – Если тебе не жаль я лучше эту воду выпью, а Ньюкой умоюсь, – ответил Стюи и прикончил бутылку в пару глотков. – О чём ты хочешь поговорить, Шеб?

 – Сначала умойся, – ответил зазывала, распечатывая колу и достав из брюк относительно чистую тряпку, отдал всё это хозяйство Топ Гану.

 Терпеливо дождавшись, пока тот приведёт себя в порядок, Шеб спросил:

 – Завязать решил?

 – Да. Тебе-то что? – вдруг озлился Рэйкер.

 - Не кипятись Стюарт, – спокойно ответил Шеб, присев на корточки, – я надрываю глотку на этой улице очень давно. Видел, как на ней появился Джет и первые пилоты. Многие пытались бросить и ни один не протянул без баллончика более полудня. Конец всегда один – Голгофа. Ты, – покачал головой Шеб, как бы в знак одобрения, - ты держишься уже четвёртый день, а для этого требуется мужество и это заслуживает поощрения. Я хочу помочь тебе.

 Рэйкер молча внимал. Шеб кивнул и продолжил:

 - У меня есть полторы сотни баков, а старый хрыч Ренесско должен мне услугу. Сходи к нему. Он, конечно, тоже торгует дерьмом, но он может и помочь. Антидота у него, конечно, нет, но что-нибудь он предложит. Тебе, я понимаю, надо продержаться до завтра?

 - И ты спокойно отдаёшь деньги вонючему торчку? Что мне мешает просадить их на тот же Джет, только в соседнем квартале? У Драного Джимми Джея. Тебе их не жаль? – невесело усмехнулся Стюи.

 - Я думаю, тебе мешает то, что мешало все эти дни… Желание приземлиться, – также печально в ответ улыбнулся Шеб. – А что до того если я окажусь не прав… Я уже стар, Стюарт. Одним разочарованием больше, одним меньше. Я буду тешить себя мыслью о том, что я пытался. Попытайся и ты, сынок.

 Шеб протянул руку пожал плечо Стюи и повторил: - Попытайся. Пожалуйста.

 - Помоги мне встать, Шеб.

 Ухватившись за предплечье Шеба Стюи встал.

 - Я только за Дэнни схожу, он здесь, в заднем дворике «Десперадо».

 Зазывала кивнул, дал Рэйкеру тяжёлый кошель и удалился в сторону дверей «Кэтс Пау».

* * *

 Стюи душили рыдания. Дэнни был мёртв. Скорее, он умер немного позже ухода Стюи, пытаясь добить свой баллончик, который не выпустил из рук и после смерти. Он так и сидел в позе принятия дозы – согнув руки и вытянув губы трубочкой. «Разбился при взлёте», как говорят в Рино. Проза, статистика для этого города с населением в несколько тысяч, из которых две трети «пилоты». Каждый день умирает два-три десятка. Утром похоронная команда, нанятая в своё время семьями, чистила улицы от тел, которые, впрочем, даже не хоронила, сваливая их в кучу подальше от города. После того, как Чузен вступил в семью Райтов, а остальные семейства, лет пять назад, при его непосредственном вмешательстве, стали историей, похоронщики стали относиться к своим обязанностям халатно.

 Наконец Стюи успокоился.

 - Нэнси. Надо сказать Нэнси, - забормотал он. – Один я его не дотащу, но до завтра тело не тронут. Надо найти помочь кого-нибудь.

 Как ни странно, но смерть друга придала ему сил и он почти забыл о мучающих его болях и Рэйкер устремился домой. Всего то нужно пройти пару кварталов до Комершл Роу, а там и до Ренесско рукой подать. Двигался Топ Ган словно в тумане, и в голову ему пришла невесёлая аналогия – «автопилот». Он уже находился в Даунтауне, когда перед ним, как чёрт из табакерки, возник Дранный Джимми Джей и начал что-то говорить. Видимо, нечто увиденное им, в глазах Стюи, заставило его также быстро ретироваться. Рэйкер продолжил свой нелёгкий путь, лишь один раз на мгновение задержавшись на углу спортивного зала, где уличные певцы пели его любимую песню.

 До дома Ньюменов, стоящего на границе Даунтауна и Комершл Роу, он добрался без эксцессов. Нэнси Ньюмен, двадцати двух лет от роду, помимо того, что была женой Дэнни, она являлась его, Рэйкера, сестрой и таким же пилотом, как и её ныне покойный муж. Поэтому наряду с болями физическими, Топ испытывал сильные душевные муки, и угрызения совести, чувствуя себя виноватым во всём происходящем. Стюарт даже принимал пытку ломки, как должное, с благодарностью и неким удовлетворением.

 Распахнув дверь, Стюи прямо с порога крикнул:

 – Нэн! Нэнси! Ты где?

 Никто не отозвался и Стюи ещё раз позвал сестру, но ответом ему было молчание. Он прошёл внутрь дома. Рэйкер оглядел пустую, комнату с серыми стенами и с парой грязных матрацев на не менее грязном полу, и уже собрался уходить, как услышал шум со второго этажа. Подымаясь по лестнице Топ Ган услышал разговор:

 – Эта сука хоть что-нибудь чувствует?

 – А тебе ли не по херу? Твоё дело кончить и всё.

 – Не-а, я хочу чтоб как в «Кэтс» было, чтоб эта курва охала, причитала и стонала. Зря мы ей позволили использовать один баллон.

 – Да, согласен, трахать обдолбаную джетом шлюху всё равно, что присунуть мистеру Хэнди, никакого удовольствия, но говорят, если сам под этим делом, …это как воздушный бой.

 – Не-а, я себя этим дерьмом пичкать не собираюсь.

 Пройдя в жутком оцепенении по узкому коридорчику от лестницы к верхней комнате Рэйкер застал кошмарную картину: У дальней стены, Нэнси, явно под кайфом, с задранной юбкой и расстегнутой на груди блузой, лежала на куче ветоши. Над ней возвышался здоровяк в рубахе линяло-красного цвета и с приспущенными джинсами. Здоровяк ритмично двигался и в такт его движениям безвольно болталась голова Нэн. Ещё один мужчина в чёрной куртке на голое тело и серых холщовых штанах сидел, сразу за ними, в тени под окном, через мутное стекло которого, источался бледный свет, на происходящее, отвратительное действо.

 – Отвалили от неё, мразь! – закричал Стюи, бросаясь к здоровяку.

 Его приятель, словно ждавший этого, перепрыгнул через парочку, лежащую на полу навстречу Рэйкеру и сгрёб Стюи в охапку. Протащив его обратно к лестнице мужчина, бросил его вниз со словами:

 – Твоя блядь делает это добровольно, турбоголовый. Так что не появляйся наверху, пока мы не закончим.

 Посмотрев некоторое время на безжизненно лежащего около лестницы Стюи, мужчина удалился в комнату. Стиснув зубы, Рэйкер встал и пошёл в глубь комнаты, из носа снова закапала кровь, но он не обратил на это внимания. Раньше Дэниэл Ньюмен был человеком Сальваторе, и одним из его немногих уцелевших людей. С того самого времени у Дэнни остался лазерник, который умудрился не «пролетать», даже в самые тяжёлые в денежном отношении периоды своей жизни. Пистолет лежал в нише в полу, прикрытый матрацем. Стюи достал его и посмотрел на индикатор заряда, тот светился зелёным. «Полный» – удовлетворённо подумал Стюи и поспешил обратно наверх.

 Когда он появился наверху, здоровяк уже закончил и встал, освободив место для своего дружка.

 – Нет, ну ты посмотри, Митч, ему всё мало! – возмутился последний. – Дать ему тоже баллон, что ли, может, успокоится.

 – Не-а, эту гниду, Рассел, пристрелить прощ… – начал заводиться крепыш Митч и тут же осёкся увидев в руке Стюи пистолет.

 – Валите отсюда, говнюки, – тихо произнёс Топ и для пущей убедительности выстрелил в рядок пива, стоявшего в углу.

 Лопнув от жаркого импульса, бутылки брызнули в разные стороны стеклом, и угол окутался пивным паром. Митч побледнел, а его корешок Рассел заверещал:

 – Не стреляй! Не стреляй! Я тебе говорил, она пригласила нас сама. Мы спустили двести баков на твою… подружку, мы купили ей четыре джета!

 Перед глазами Рэйкера всё плыло, а слабость была такая, что он боялся выронить пистолет. Стюарт решил закончить всё как можно быстрее:

 - Эй, Рассел, собирайте своё дерьмо и уёбывайте, – с этими словами, свободной рукой Рэйкер достал кошелёк Шеба и бросил на пол. – Там сто пятьдесят. Часть своего развлечения вы уже получили, так что мы в расчёте. Это моя сестра, – ни с того ни с сего добавил Стюи и отошёл к стене, освобождая проход.

 – Ну конечно, братан, конечно, я всё понимаю, – сказал Рассел поднимая деньги и подталкивая к выходу так и не вышедшего из ступора Митча.

 Лишь когда стихли шаги и хлопнула выходная дверь Стюи присел, пистолет вывалился из его обессиленной руки, и он прошептал:

 – Я не твой брат, я… я её брат.

 Ему казалось, что он сидел бесконечно долго, прежде чем Нэнси пришла в себя. Она привстала и даже не оправив одежду, начала шарить в тряпье под собой, откуда спустя некоторое время выудила баллончик.

 – Нэн, остановись, – обратился к ней Рэйкер.

 – А это ты Стюи, – ответила она бесцветным голосом и посмотрев на него пустым взглядом. – Я не хочу на землю, там в облаках… там так хорошо, Стюарт, ты придурок раз решил завязать. …и не хер меня тащить за собой, я уже взрослая. Вот и Дэнни говорит…

 – Дэнни разбился, Нэн, – прервал её Рэйкер.

 – Да? – на мгновение взор сестры прояснился и тотчас погас. – Ну и Брама с ним, все там будем, а пока я хочу в Небо, – и Нэнси сделала глубокий вдох, выпустив струю джета в рот.

* * *

Вечером, отпросившись у Китти, Шеб зашёл к Ренесско. Узнав что Рэйкер так и не появился, уговорил аптекаря пойти с ним к Ньюменам. Там они нашли бесчувственную Нэн, лежащую на той же куче рванья, рядом с четырьмя пустыми баллончиками джета. Приведя Нэнси в чувство, они кое как её расспросили, из бессвязанных реплик узнав о случившемся, но так и не добились от неё вразумительного ответа куда мог пойти Стюарт. Ренесско поспешил в свою фармакопею, а Шеб до трёх ночи блуждал по Рино. Он обошёл все закоулки Комершл Роу и трущобы Вёджн Стрит, но так и не обнаружил Рэйкера.

* * *

 Стюарт «Топ Ган» Рэйкер сидел возле дороги у поворота на Рино где-то в полумиле от города, оперевшись спиной о холодный камень. Сзади вставало солнце, освещая нежным розовым светом бесплодную землю. Стюарт улыбался, взгляд его был устремлён к каравану, появившемуся на горизонте. Паоло Салвинелли, не дождавшись отгрузки золота Реддинга, оставив больше половины своих людей новому партнёру Балтазару Карузо, поспешил с лекарством в Рино. Лицо Рэйкера было безмятежно спокойным и он больше не чувствовал боли, он больше ничего не чувствовал и был холоден, как и камень, на который он опирался, а в Рино, на углу спортивного зала, уличные певцы пели его любимую песню.

КОНЕЦ.

Приложение

Любимая песня Стюарта Рэйкера:
THE PUSHER
(by Steppenwolf // Lyrics and music by Hoyt Axton)

You know I've smoked a lot of grass
O' Lord, I've popped a lot of pills
But I never touched nothin'
That my spirit could kill
You know, I've seen a lot of people walkin' 'round
With tombstones in their eyes
But the pusher don't care
Ah, if you live or if you die

God damn, mmm The Pusher
God damn, hey, I say The Pusher
I said God damn, God damn The Pusher man

You know the dealer, the dealer is a man
With the love grass in his hand
Oh but the pusher is a monster
Good God, he's not a natural man
The dealer for a nickel
Lord, will sell you lots of sweet dreams
Ah, but the pusher ruin your body
Lord, he'll leave your, he'll leave your mind to scream

God damn, The Pusher
God damn, God damn the Pusher
I said God damn, God, God damn The Pusher man

Well, now if I were the President of this land
You know, I'd declare total war on The Pusher man
I'd cut him if he stands, and I'd shoot him if he'd run
Yes I'd kill him with my Bible and my razor and my gun

God damn The Pusher
God damn The Pusher
I said God damn, God damn The Pusher man

 

* От автора:
Читатель! Если сможешь, достань и послушай эту песню. Это моё пожелание.
Я писал рассказ под впечатлением от неё, и она как бы является саундтреком к написанному.