fallout.ru

Unforgiven

Moon Knight

Выженный пламенем близкой звезды и рукотворными солнцами, радиоактивный шарик. Пустыня. Великая и беспощадная. Заповедник смерти. Той, которая всегда ждет... Небольшие оазисы жизни не протянут долго, скоро, скоро.. столетием ли, тысячелетием, какая разница, потонут под неутомимой бурей песчаных волн. Красноватый шарик в небе, налит кровью теперь почти всегда, как будто оплакивает этот падший мир. Падшие...
Да, нас поставили на колени. Мы "живем" в постоянной борьбе за жизнь, кусок мяса - крысиного, набитого в чешую ящерицы, уже не так важно.. ради нескольких крох довоенного, уже почти священного снаряжения, любого - от музыкальной шкатулки, до крупнокалиберной винтовки, нескольких ночей отдыха в полуразвалившихся барах, за бутылочкой самогонки и историй, которые любят рассказывать старики про наше великое прошлое, море зелени и синевы... И теперь совершенно непонятно кто, зачем и как окрасил мир в кровавые тона, да уже и не важно. Мы стоим на коленях, нам нет времени смотреть вперед, мы пытаемся не упасть в бездонное безмолвие. Говорят, что во всем виноваты предки. Скорее всего так. Только почему-то никто не задумывается, как бы мы поступили на их месте...

Серое пятнышко, затерянное в просторах пустыни. Над барханом появилась фигура, закутанная в серый балахон. Он поправил поудобнее рюкзак, закинул подальше назад старинную, уже отжившую свой век еще до войны винтовку, натянул пониже на лицо потертый капюшон. Солнце жжет немилосердно. Как всегда. Будто пытается отомстить за что-то, наверное за то что мы изуродовали ее ребенка... Песчанные волны, холмы куда ни глянь. Шаг, еще один, неторопливо, последовательно. Пустыню бегом только дураки пересекают - в виде костей, понавешанных на тотем какого-нибудь вконец одичавшего народца.
Вот уже и вечер. Красиво... Все, все наполнено красным, его оттенками. Недаром Великую Пустыню многие, у кого еще есть силы и желание кому-то поклоняться, вознесли в ранг Бога Смерти. Но как же красиво, если чему и поклонился бы, так этой нереальной красоте... Смерть никогда не страдает красотой, по иному только молокососы никогда не показывающие нос из своих хижин. Навидался уже на своем веку: съеденные заживо волками, распиленные на части лазером, даже просто простреленные или заколотые обычным каменным ножом. Ни труп, ни сам процесс особой возвышенностью не отличался.
Все, уже ночь. Пора прятаться. В пустыне обычно путешествуют ночью, днем скрываясь от паляшего солнца. Здесь все не так, по этим пустошам в виде целых кусков проходят только тяжеловооруженные караваны. Здешняя радиация принесла множество страданий, как и кошмарных монстров, единственное предназначение которых - убивать. Зачем сюда поперся? Турист недоделанный.. Эхх, короткой дорожки захотелось. Нахватаюсь радиации, буду потом фонариком работать где-нибудь в Вест-Константинополе, на потеху горажанам.
Горячий песок, блин. Что ж, сам выбрал подобную далеко ненакатанную дорожку, зарывайся теперь. Еще скорпионов тучи по ночам шастают, антидот есть, но мало на него надежды. Авось не тронут, надеюсь у меня Удача большая... Устал.. Как же гудят ноги. Эх. Интересно что будет сниться сегодня? Если повезет - Мария.. и если повезет в двойне, на утро все вспомню...

По глазам опять. Вот так каждый раз. Фу противное, уйди. Где вода, каждый раз забываю - растяпа. Пора бы срастись уже с этим рюкзачком, год как ношу, нет же... Уфф, божественно. Хотя и теплая, мутная. Но, кто в наше время другое что-нибудь пил?
И заулыбался вспомнив райские мгновения.
Даа, тогда, в Хранилище. Когда им нужен был аутсайдер, удалось попробовать их воды. Им крупно повезло. Чистая, горная, холодная и даже ничем не зараженная, не требующая никакой отчистки. Восхитительно холодила горло, вкус не сравнимый ни с чем, заставлял жмуриться от удовольствия. Но его миссия закончилась, напихали снаряжения, несколько канистр с водой и выпихнули из Убежища, как какую-то приблудную собаку, "хлопнув" многотонной свинцовой дверью. Все боятся заразиться внешней заразой. Чистюли. Слепые - никак не хотят понять, что взаперти вечно существовать не смогут, не смотря на многочисленные рекламные заверения довоенных компаний. Но все тянут и тянут, пытаясь протянуть отсидку в своих норах на как можно более длительный срок. Хотя их можно понять - с такой-то водой и безопасным комфортом.. Интересно, если бы случилось чудо и предложили остаться?.. Нет наверное. Лучше быстро помереть, скитаясь. Чем долго и скучно жить запертым в свинцовом гробу.

Что это там? Тент.. Надо же. Интересно, живые еще? Если нет может можно чем поживиться. Чтобы выжить никогда ничего нельзя пропускать, не брезгуя даже мародерствованием трупов. Если все же не сожрали мутанты, можно и поболтать. Собеседник в длительных переходах по пустыне нередко полезнее чем фляга воды.

- Привет! Ой, монах. - засмеялся мохнатый человечек, выбежавший из палатки.
- Какой страаашный, - заверещал другой. - ты нам сначала отпустишь все грехи или сначала убьешь, а потом только станешь втирать всякую фигню из библии? Хихи.
- Привет. - я протянул руку, ладонью вперед. - Я не несу вам смерти. А что такое библия?
- Хи, он не несет нам Смерти. Дожили. Ты бы свой рюкзак научился носить, пока совсем его не посеял.
Я торопливо посмотрел за спину. Фуф, на месте, только съехал как всегда чуть вниз. Я пристыженно поправил рюкзак.
- Эхх, молодежь, молодежь, все позабыли, все. Даже самую большую глупость, которой их предки страдали несколько тысяч лет. - маленький мохнатый человечек, а их было всего двое, начал бегать вокруг меня кругами, другой все не переставал тараторить.
- И какая мораль, какой упадок. На прошлой неделе вместо того, чтобы культурно поздороваться и пригласить нас на чашечку чая, по нам стали палить из многостволок. Кошмар, кошмар! А мы то всего хотели пойти на честный бартер, в этих краях не так много караванов бывает. Пришлось вытаскивать из зад.. ээ, ну, короче, лишний свинец выковыривать из организму. Вот вы, молодой человек, а может и нет. Поднимите балахончик повыше, повыше, некультурно скрывать свое лицо, когда разговариваете с джентльменами. Ага, молодой значит. Вот вы, молодой человек, побыли бы в нашей шкуре.. Хотя, нет, лучше не надо. Ее хоть и проковырнуть сложно, но как же скууууучно..

Я аж опешил, мне приходилось слышать жуткий вой ночных волков. Точь в точь! Не простые это человечки. Мохнатая рука при пожатии оказалась шершавой и твердой, как камень.

- Ну вот, ритуал встречи почти окончен. Ах да, мы же не представились. - мохнатый как-то даже приосанился и гордо произнес - Мы - Чуморики!
Еле сдержал смех, но лучше их не злить. Ребята намного серьезнее чем пытаются показаться.
- Непрощенный.
- Хихи - бегающий по кругу шутник приостановился, - все простить не могут, как умыкнул самку брахмина?
Я побагровел, рука потянулась к винтовке. Оскорбление было с намеком, но вполне понятным и слишком унизительным, чтобы оставлять обидчика живым.
- Ладно, ладно. Не видишь, что мальчик злится? Давай, извиняйся.
Мохнатый шутник тут же как-то диковинно раскорячился и низко поклонился:
- Извиняюсь многоуважаемый сэр за столь недостойные вас слова, вылетевшие из моих нечестивых уст.
Злость сама собой утихла под таким небывалым напором, я неловко топтался на месте.
- Ну все, хватит поясничать реверансами. Нагрей воды, поройся в запасах. Не видишь, гость у нас? А ты, Непрощенный, проходи, проходи,
нечего песок месить...

Свежеободранная игуана запекалась на вертеле, пополз запах жареного мяса.

- Не ахти конечно, с запашком, но чем богаты. Ну где тут в пустыне найдешь корм, чтобы прокормить прожорливые стада или даже хотя бы одну единственную корову? Тьфу - этого, сейчас брахминами зовутся. Вот и живем так... У тебя я вижу все твердокаменное? Небось еще довоенный НЗ? - хмыкнул чуморик.

И попал в точку. Жители Убежища пожадничали и всучили мне вместо нормальной еды с гидропонных ферм, армейские пайки, которые на вкус были еще ужаснее чем на вид. Я закинул НЗ обратно в рюкзак, нечего ему тут делать.

- Нуу, как вам сказать.. Неважно. Горячего действительно очень хочется. Спасибо, игуана подойдет прекрасно.
- На, пей - чуморик протянул железную чашку с какой-то дымящейся, подозрительной на вид жидкостью.
Я осторожно принюхался.
- Да пей, пей, травить не будем. Не в нашем это стиле. - глаза другого мохнатика странновато блеснули.
Я почему-то сразу поверил, отхлебнул. И обжег язык. Зачертыхался, чуть не разлив на себя содержимое чашки.
- Да кто ж так чай пьет. Эхх несмышленыши, всему учить вас надо. Ты чуть пригуби, потом опять, помаленьку, в этом все удовольствие.

Последовав его совету, я обнаружил что действительно, как ни странно начинаю получать удовольствие от горячего напитка. На вкус ничего особенного, какой-то травяной настой. Но как приятно, вот так по маленьку отхлебывать этот коричневый и все же не совсем обычный напиток. Так же как с самогонкой, захотелось поговорить. Только мысли не затуманивались алкоголем. Полезное питье.

- Вы тут надолго?
- Надолго ли мы тут? Надолго, он спрашивает?! - чуморик подтолкнул своего собрата и они дуэтом захихикали.
- Да сколько себя помним здесь торчим!
- Но как же.. здесь очень опасно. Непохоже чтобы вы каждую ночь прятались от ночных охотников.
- Нет, ты послушай. Дожили. Еще прятаться, как каким-то грызунам предлагает. Нет, мальчик. Мы гордые, у нас иные методы.

Я спокойно проглотил снисходительное обращение. Хотя на вид они простачками и не казались, но все же.. Неужели базуку прячут и легендарную Силовую Броню на закуску?

- Странно все это. Хорошо, в чужие секреты не лезу.
- Правильно делаешь, дольше жить будешь - мохнатый зловеще ухмыльнулся.
Я поежился, нехорошо он так ухмылялся. Поосторожнее надо быть с этими ребятами.
- А чего это вы так странно, называетесь?
- Не страннее чем ты.
- Ну, я.. У меня есть на то свои причины. - опять вспомнилась горящая деревня, мертвые глаза.. длинные ряды морозильных камер размером с маленькую коробочку. Когда же это закончится...
- Что, странник, несчастливое прошлое, трудное детство? Хе.

Я понурился:

- Не буду об этом говорить.
- Что ж. Тайной на тайну? Молодец, один-один. В нас ничего секретного нет, почти. Хи. Чуморики мы, потому что - Чрезвычайно Умные Мудрецы!
- Ага, а еще Чудилы, Уроды и Му....
- Эй, вечно тебе поглумиться надо! Перестань уже, неудобно перед гостем!
- Да ну! А кто подсунул ему под чай железную чашку? Когда как чай пить нужно из керамических.
- А кто два дня назад кинул меня в колючие кусты? Это называется подсобил брату отлить!
- А сам-то...

Я тихо смеялся, наблюдая перебранку двух чумориков. Подобных людей, если их таковыми можно назвать, редко встретишь в Пустыне. Необычные типажи пугали и веселили одновременно. Люди постъядерного мира были слишком озабочены своим выживанием, чтобы еще иметь привилегию на причуды.

- Куда держишь путь, Непрощенный? - успокоившись спросил чуморик. Другой надулся, отвернулся и сидел считая что-то на мохнатых пальцах - видимо прошлые обиды.
- Да так, решил подсократить дорогу. Прямо в сторону заката солнца или немного правее от самой яркой звезды, ночью. Cтарейшина большой деревни, на краю этой пустоши, сказал что где-то там есть каменные развалины и Великий Бог, которому поклоняются все окрестные племена.
- Старейшина больше тебе ничего не сказал?
- Дда.. - я потер лоб:
- Еще он сказал, что оттуда никто и никогда не возвращался. Хотя пытались многие.
- Что ж, мальчик. Иногда лучше слушать что тебе говорят старшие.
- Как это?
- Я бы посоветовал тебе повернуть назад, найти обходной путь и не искать неприятностей на свою голову, пока она у тебя еще есть...

Мне стало жутко, затаившиеся страхи проснулись с новой силой.

- Нет. - твердо отрезал я. - мне нужно идти этим путем.
- Как знаешь, как знаешь. Потом не рыдай, не проси нас о помощи, не ползи к палатке на заднице, с прицепившимся к ней жуком-убийцей.

Я улыбнулся:

- Хорошо, не буду.
- Может быть вы знаете что-нибудь о здешних местах, или даже о том, что лежит там, в той стороне, где заходит солнце?
- Ну а что здесь? Пустошь, колючки, солнце палит, живности много, да что-то какая-то вся как на подбор - зубастая и злобная. Караваны иногда ходют.
- Раз в столетие. - добавил другой.
- И больше вроде ничего. А про то, что лежит за закатом... Узнаешь сам, если дойдешь конечно. Больше ничего сказать не можем.
- Мгм, хорошо. - на большее я вообще-то и не надеялся.

Игуана как раз подошла. Мы принялись за трапезу. Чуморики жадно набросились на игуану, раздавалось вполне натуральное животное рычание. Мне опять стало не по себе. В итоге мне досталась только одна ножка. Ну и ладно, полуголодным ходить не в первой, к НЗ я уже почти привык.

- Послушай, странник, что у тебя в твоем здоровенном рюкзаке? Мы ведь тоже, не нищие. У нас кое-что заваляется, если порыться.
- Угум, хорошо - сказал я с набитым ртом, дожевывая последний кусок. - никогда не знаешь что найдешь, что потеряешь.
- Хихи, неплохое описание торговых отношений - чуморик запрыгал вокруг рюкзака, притоптывая от нетерпения. - Доставай, доставай! Что там у тебя. Не бойся, не украдем.

Вот промасленная тряпка с завернутыми в нее патронами от винтовки. Чуморик брезгливо поморщился, кинул презрительный взгляд на древнее ружье, стоявшее рядом. Я продолжил бережно вынимать, складывая на песок вещи, от которых зависела моя жизнь. Сломанное радио, несколько канистр с водой, чертовые брикеты НЗ, несколько грязных тряпок (ой давно же я не мылся), куча всякого хлама, сувениры для торговли с окончательно отсталыми и выжившими из ума дикарями, весьма недешевый аккумулятор, надо побыстрее его спихнуть в ближайшем городе, тяжесть под стать цене, сложенная пластинами кевларовая броня, ее не отдам, уже сто раз от смерти спасала, куча всяких бумажек и огрызков, давно пора было провести в рюкзаке генеральную уборку, спальный мешок - моя гордость, втридорого содрали, зато спишь как на небесах, тоже ни за что не отдам, пара упаковок таблеток от всяких напастей, которыми полна пустыня, магнум в кожаной кобуре, патронов жалко нет, хлам, хлам и еще раз хлам. Ах да, еще - они, давно же я их не читал...

- СОКРОВИЩЕ!! Ты только посмотри что у него есть!!! - чуморик трясущимися руками принялся хватать книги, пытаясь сгрести их все, но у него это плохо получалось, они постоянно вываливались из трясущихся рук.
- Эй, эй! Поосторожнее, книги сейчас штука редкая.
- Это он нам говорит, что книги редкие!! Мальчик, да знаешь ли ты.. оооо... - мохнатик изо всех сил прижал увесистый томик к груди, видимо находясь в стадии наивысшего блаженства. Другой открыл "Записки доктора" и принялся лихорадочно листать:
- "следует немедленно обезвредить рану соответствущим препаратом (см. каталог 22, препарат 4), в случае дальнейшего заражения.." Божественно, божественно!
- "обязательно производите чистку оружия в регулярном порядке иначе могут произойти непредвиденные последствия, вплоть до взрыва боекомплекта во внутренних механизмах..." Музыка для моих ушей!!!

Чуморик схватил затертую и пожелтевшую книжечку в мягком переплете и совсем съехал с катушек. Принялся носиться по палатке и выкрикивать что-то нечренораздельное, кажется даже в стихотворной форме. Потом подбежал к собрату и принялся тыкать ему в лицо книжкой:

- Смотри, смотри! У него даже биллетристика есть!!! Байрон! Издание десятое! Мой любимый! Ооо небеса и адские чертоги! Как восхитетелен этот поток слов, как прекрасна музыка изложения мысли!

Ой, что это. Он плачет? ... Во дают, бедолаги. Никогда не думал что так можно помешаться из-за нескольких кусочков бумаги.
Чуморики, мешая друг другу, вперились большущими глазами в книжечку, жадно заглатывая буквы.

- Эй, вы там ее не порвите. Успеется еще, начитаетесь. Щас еще слюни пустите, не забрызгайте. - усмехнулся я.

Пришлось ждать что-то окола часа. Я взглянул на наручный компъютер - ПипБой. Точно, уже больше часа прошло.
Наконец чуморики отлипли от книги.

- Странник, - бешеные глаза мохнатого человечка смотрели на меня в упор. - Мы отпустим тебя.
- Что?..
- Более того, мы отдадим тебе все, ВСЕ! Бери что хочешь, только оставь нам книги. Это - сокровище.. - он перешел на хриплый шепот. - Байрона мы тебе по любому не отдадим.
- Ладно, ладно успокойтесь. Показывайте что у вас есть.
Они забегали по палатке роясь в своем барахле. Скоро передо мной легли всякие миски, кружки - кстати из неплохого металла, несколько каких-то приборчиков, гора вяленого мяса, упаковки травы.
- Барахло, все большая куча вонючего барахла! - брезгливо произнес один из них. - доставай оружие!
- Но..
- Доставай!
- Он же может...
- Доставай кому говорят. Доставай!!


Мохнатый полез в тайник, в песке неожиданно обнаружилась деревянная крышка. На песок грохнулся блестящий ящичек. Чуморики раскрыли и бережно вынули странного вида пистолет, запечатанный в что-то прозрачное и еще увесистую на вид черную коробочку.

- Это иглометатель. Совершенно точно, таких в пустоши ты еще не видел. И даже не спрашивай откуда он. Просто бери. Отдачи - ноль, так что свободно можешь держать в одной руке. Стреляет только очередями, за одну очередь выпускает до сотни игл. Не знаю точно, не считали. В этом запаснике обоймы на десять тысяч. Не считали тоже, но тут сбоку написано. Иглы теоретически пробивают любой металл или сплав, о живом и говорить нечего - кашу делают.

Я принял из его рук невиданное оружие. Описание походило на россказни завравшегося торговца, но при взгляде на отливающий голубым, полупрозрачный ребристый металл рукоятки, многоствольный барабан дул и самое главное уверенный голос и пугающие, пронзительные глаза чуморика, все сомнения отмерли сами собой.

- Спасибо. Я даже не знаю что сказать...
- Ничего не говори, просто бери. Ах да, ты сомневаешься? Пошли, проверим.
- Нет, я вам верю - твердо сказал я.
- Хорошо. Возьми еще пачки с чаевой настойкой, если желаешь.

Я согласно закивал, чай мне очень понравился.

- Еще измерители эти. Все бери, что хочешь.
- Нет, спасибо. Хватит и чудо-оружия с чаем. - Я натянуто улыбнулся, закидывая свое барахло в рюкзак, десяток пачек с травой, сверху осторожно положил пакет с иглометателем и в боковой карман, как оказалось тяжелющую коробку с патронами. Охх, это все еще нести...
- А теперь уходи. Уходи без промедления и вопросов, уже темнеет. И вот еще что.
Чуморик максимально посерьезнел, насколько это позволяет сморщенное личико и плюшевый вид:
- Скорее всего теперь ты пройдешь почти беспрепятственно этими краями и найдешь то, что скрывается за закатом. Но, если услышишь крики. Человеческие крики. Сворачивай и обходи стороной. Иначе, ты - умрешь.

По спине маршем пробежали сосульки. На меня в упор смотрели глаза. Затягивающие как пустынные топи, блестящие красноватой чернотой, какой блестит солнце прежде чем умереть за горизонтом. Глаза пустыни. Смерть и бесконечность... в одном сморщенном лице с безразличными глазами, в которых не было зрачков..

- Уходи!
- Уходи! - зарычал второй чуморик.

Я споткнулся, упал, еле как схватил рюкзак, натянул на шею ремень винтовки. И, пятясь, вылез из палатки. Потом еще долго полз по песку, ничего не соображая от страха. Один раз оглянулся. Палатка светилась изнутри, внутри что-то клубилось, нечеловеческие тени скакали по ткани, размазываясь по краям. Нечто страшное доносилось оттуда, какой-то стрекот, скрежет, непонятно что - от этого звука хотелось зарыться на много-много километров в песок, подальше.

Долго полз, долго. Страх гнал получше любого надсмотрщика. Всего засыпало песком, забился в рот, глаза, но полз пока не отнялись ноги...
Проснулся я от экстравагантного ощущения, как будто моя голова - яйцо, которое варят на медленном огне, пытаясь сотворить изысканное блюдо. Как я выжил, не знаю. Невероятно повезло. Совершенно беззащитный, ночью, у всей пустыни на виду, как на ладони, я мог превратиться в обглобанные косточки уже с десяток раз. Голова ощущалась невозможно большим, неповоротливым шаром. Я быстро накинул капюшон. Знобит. Черт, пустынная лихорадка. Нахватался солнечной радиации, этого сейчас только еще не хватало. Полез в рюкзак за таблетками. Принял три, запил мутной водой. Немного откатило. Как бы копыта не отбросить. Нет, еще поживу. Не в такие передряги попадал, чтобы скопытиться от какой-то лихорадки.
И тут я увидел его. Прямое доказательство того, что вчерашний вечер не был бредовой галлюцинацией. Чудо-пистолет, отливающий голубым. Какие-то очень странные, нерациональные, нечеловеческие формы. Полез в боковой карман рюкзака. Точно, вот она - черная коробочка. "В этом запаснике - обоймы на десять тысяч. Не считали тоже, но тут сбоку написано." На гладкой поверхности, на боковой грани - начертанные, точнее вдавленные закорючки. Я пригляделся - ничего общего с общепринятыми буквами они не имели, кардинально отличались от всех знаков, которые мне доводилось видеть. Геометрически грубые, все как-будто из острых углов, обрывающиеся в самых неожиданных местах. Чужое. Все чужое, не из этого мира. Коробочка эта, пистолет. Я выронил коробку, оттер руки, как будто она могла меня отравить. И все что случилось вчера - правда, они не были людьми и даже мутантами... Кто они или что они? Эти затягивающие глаза в которых затаилась смерть... "Мы отпустим тебя." Мне крупно повезло, что ушел живым.
Хотелось выкинуть этот ящичек, пистолет куда подальше и повернуть назад. Но я засунул все в рюкзак и шатаясь побрел вперед - туда, где заходит солнце. Казалось что они не соврали и пистолет еще пригодится. Даже не казалось, а приобрело четкие очертания уверенности. Они говорили только правду. Смерть хотя и не имеет красивый облик, но только она, всегда - правдива...

На этот день я остановился на ночевку пораньше. Побитый болезнью, с расшатанными нервами, за каждым барханом казался чуморик с бездонными глазами, на дальнейший путь сегодня я уже никуда не годился. Раскопал ямку, зарыл снаряжение, привязав сигнальный трос. Лег рядом в мешке, зарывшись в песок. Мазаться вонючей мазью отбивающей запах сил уже не было, понадеялся на авось - авось не сожрут, да и еще с прошлого раза должно было что-нибудь остаться. Лежал, не мог никак заснуть. В голове творилось черт те что. Проплывали какие-то бредовые видения, главные герои - чуморики. Эти глаза я похоже не смогу забыть всю оставшуюся жизнь. Мохнатые фигуры бегали по пустоши, со своими чудо-пистолетами, врывались в деревни. Деревни загорались сразу же, без всякого постороннего вмешательства, словно приветствовали нашествие захватчиков. Люди бегают по улицам...
"Иглы теоретически пробивают любой металл или сплав, о живом и говорить нечего - кашу делают." Люди стали растекаться кровавой кашей, затопляя улицы мессивом внутренностей. Тьфу, пакость. Я резко сел. Надо же какая гадость привидится, не сплю же. Мдаа, устроили они мне подарочек, уж лучше бы прошел мимо. Лег снова, попытался заснуть. Но в голове водоворотом крутились мысли - кто они, откуда? почему так буйно радовались книжкам? при чем тут крики?.. Лежал долго, уже на небе высыпали сверкающие россыпи звезд, когда раздался приглушенный звук. Я встал, схватился за винтовку, оглянулся. Вокруг ни души, только песок залитый синеватыми оттенками ночной пустыни. Звук раздался вновь, еле слышимый. Я быстро собрал вещи и побежал, насколько хватало сил, на источник, тренированное ухо уловило направление. До звука было далеко, наверное несколько километров.

Когда я стал наконец различать душераздирающие крики, сердце бешено забилось. По голове как громом ударило зловещее предостережение. "Иначе, ты - умрешь." Я не хотел умирать, я верил что так выйдет, если не остановлюсь и не поверну назад. Но и не мог просто так уйти. Если сейчас повернусь и уйду, забуду обо всем. То эти крики, уверен, будут сопровождать мои сны-кошмары, всю жизнь. А еще, я больше никогда не смогу после этого назвать себя - человеком...
Вдали показались очертания повозок, мечущиеся среди них силуэты. Караван! Неужели рейдеры напали?! Тогда чего ж они ТАК кричат?!
И тут я споткнулся. Что-то хлюпнуло. Оглянулся и заледенел от ужаса. На забрызганном кровью песке валялось нечто, что раньше было человеком. Я отвернулся, вид разодранного тела был просто невыносимым. Еле сдержался, меня чуть не стошнило. Отполз подальше, подволакивая рюкзак. Сел. Схватился за голову. Идти дальше надо. Я встал. Им нужна любая помощь, какая только есть, даже моя. Уже скоро, скоро. Я иду к вам, потерпите пожалуйста. Через несколько минут я подошел достаточно близко, чтобы увидеть... Великая Пустыня!!!
Караван превратился в бойню. Не те, которые я не однократно видел на брахминовых ранчо, они тоже представляли собой малоприятное зрелище. Но ЭТО. Открывшийся вид поверг меня в шок. С беспредельной жестокостью изуродованные тела людей и брахминов валялись разодранные и даже кажется полусъеденные... Ни животные, ни люди так не убивают. Кровавые оттенки вечерней пустыни ушли вместе с закатившимся солнцем, но теперь казалось что они вернулись, чтобы собрать запоздалую жатву смерти. Если где и существует в мире Долина Смерти о которой так часто лопочут дикари, то наверняка это ее часть, просочившаяся в наш мир. Крики стихли, кричать уже было просто некому...
Я осел, пораженный, столько мучительной и уродливой смерти, сосредоточенной в одном месте я еще никогда не видел и если выживу, если повезет, больше уже не увижу. Я ничего не мог для них сделать, даже если бы шел с караваном - был бы сейчас еще несколькими кусками мяса, костей и внутренностей. Но мое второе имя вновь давало о себе знать. Непрощенный... Везде где бы я не скитался по полумертвому миру, меня всегда приследовала Смерть, скалясь своей уродливой гримасой. Всегда и везде. Таков наш мир, в котором только она являлась избавлением от жалкого существования. Даже в моих снах... Смерть часто наведывалась ко мне по ночам в гости. Горящая деревня, клетки работоргоцев, в которых увозили моих сородичей, смерть которой потом стал я сам, найдя всю их банду и перестреляв как собак, до единого, испуганное лицо торговца, которого я убил без всякого сожаления и его подземное мясное хранилище - длинные ряды маленьких морозильных ящичков, а там, мое бывшее племя. Престарелый отец, знакомые и друзья, те которых я не знал и никогда не узнаю, девушка с которой мы любили смотреть по ночам на звезды. Вся моя родина и любовь, аккуратно разложенная по ящичкам... С тех пор я забыл свое первое имя. Не знаю почему. Может быть потому что не смог спасти, а скорее всего потому что не лежал рядом с ними... Этого я себе не смогу простить, никогда...

Я сидел и сидел бесполезным мешком на земле, все никак не мог прийти в себя, глаза смотрели вперед и одновременно - вникуда, голова жила сама по себе, дергаясь вперед-назад.
Что-то шевельнулось. Неужели выжил кто? Что-то вышло из мрака на выгнутых назад ногах. Что-то схватило меня своим взглядом в тиски, что-то заверещало и побежало прямо на меня. Я понял что сейчас подошел мой черед умереть. Что-то стремительно приближалось...
Моя рука сама по себе хватает винтовку, трясущиеся пальцы передергивают затвор. Навсидку. Присел на колено. Огонь! Осечка. Еще раз. Огонь! Кулак приклада больно бьет по плечу, чуть не вырывая винтовку из непослушных рук. Еще раз, отслужившая гильза вылетает на песок, затвор. Огонь! Бесполезно. Нечто только отдергивает когтистую лапу, не прекращая скачкообразного бега, в полумраке плохо видно что это за тварь, но от этого сердце еще больше съеживается от ужаса. Все, конец. Еще пару секунд, и... Иглометатель! Лезу в рюкзак, срываю прозрачную оболочку, времени заряжать уже нет. Если там нет вставленной обоймы, или еще чего-то, что служит боевой аммуницией, я - разорванный на клочки труп. Меня спасает мой лихорадочный поиск, острые когти со свистом разрывают воздух где-то над головой, здоровенная, как мне показалось, железобетонная туша врезается мне в бок. Отлетаю, скребя телом по земле, чудом не выронил пистолет. Несмотря на сильную боль, перекатываюсь, пытаясь занять хоть подобие устойчивого положения. В нескольких шагах от меня - кошмарная тварь, которой нет места в этом мире, он просто не может вместить в себя столько ужаса. Эти ломанные осколки черной вечности - острые и беспощадные как сама боль зубы, и глаза, узкие глаза из которых вырывалась смерть, забираясь в душу, ломая всякое сопротивление и желание жить. Глаза без зрачков, наполненные смертью, купающиеся в кровавых вечерах пустыни.
Не знаю как я смог выстрелить. Тело разуму не повиновалось, осталась только одна холодная решимость. Почему-то было плевать на свою жизнь, страх отступил, оставив позади себя колючую пустоту. Иглометатель приглушенно "бубнил", размытые нити иголок свистели, врезаясь в серую шкуру. Оно скрежетало, загораживаясь когтистыми лапами от смертоносного дождя, попыталось приблизиться, тяжело перебирая выгутыми назад "ногами", но после третьей очереди передние лапы, которые оно протягивало вперед, разорвало на части, брызнула какая-то слизь, тварь упала. Я все стрелял и стрелял, выкашивая куски серой плоти тучами иголок, оно дергалось и скрипело. Скоро стали раздаваться тихие свистящие звуки, пистолет опустел. Я подошел к твари, от нее мало что осталось. Какие-то лохмотья, хлюпающая слизь, нижнюю часть тела смело начисто, одна передняя лапа болталась жалким обрубком, половина морды с осколками зубов дергалась в агонии.

- Теперь совсем не страшный, когда получил сдачи! Больно?! А люди, которых ты зверски убил? Как насчет их Боли?!!! Теперь получай, получай!! Все обратно! Здохни сволочь!!! - я остервенело пинал останки убийцы, погубившего целый караван, тварь начала скрежетать еще громче.

И тут я остановился. Что я делаю... Так всегда. Во все времена. Боль каскадом мучительных лучей отражается от зеркал всего живого на земле. Ты убьешь кого-нибудь, потом обязательно, кто-нибудь побольше и посильнее - тебя, ударом на удар, ненавистью на ненависть, разгорается и взбухает пожар боли, а ведь иногда можно только немножко притормозить, остановиться и страданий станет на чуточку меньше...
Почему в голову лезут подобные бредовые мысли? Ведь ничего не изменишь. По другому, я бы вот так лежал, загибаясь в судорогах. Но... Я присел, бестолку спрашивая у безмолвной твари:

- Зачем.. Зачем это нужно было делать?..

Оно открыло сморщенное, какое-то старушечье веко. Дрожащий глаз, уже почти человеческий... с таким знакомым насмешливым блеском... смотрел на меня с жалостью. Оно меня жалело. Умирая, корчась от боли.. Меня!
И тогда мне ответили, скрипучим шепотом:

- Спасибо. Странник.

Я отшатнулся, испуганный. Пугали не эти неожиданные слова, брошенные умирающим монстром.

- Ведь.. Так, это ты.. Ты, Ты!

Он так и глядел на меня, пока затухающий глаз не остекленел. А я так и сидел, сжимая в руках его подарок...
Потом меня схватили сзади, навалились, по голове треснули чем-то ужасно тяжелым и твердым, перед глазами проплыли разноцветные круги и я провалился в ничто.

Пробуждение было мучительным, я висел над землей. Меня весьма неосторожно держали за шею и трясли как какого-то нашкодившего щенка, вот-вот и голова оторвется. Шея, сдавленная в тиски, ныла и стреляла острой болью, текла кровь. Я открыл глаза, перед ними маячила серость. Я застонал, ко мне приблизилась оскаленная острыми зубами морда. Со мной заговорили, именно заговорили, гневно крича в лицо скрипучим стрекотом:

- Ты! Убил! Брата. Странник! Тебе. Говорили. Не. Ходить. Ты. Пошел. На. Крики. Ты! Убил! Его!

Монстр заскрежетал и отшвырнул меня на песок. Смерть, отступавшая много раз, решила взять свой последний реванш. Теперь уже точно - все, побитое тело ломило, невозможно было подяться на ноги, не говоря уже о каком-либо сопротивлении. Я лежал и смотрел как он подошел, раскачиваясь на изогнутых ногах, к своему брату, сгреб с земли его останки - жалкие лохмотья, прижал к морде и заскулил...
Да, большой брат, который любил Байрона. Перед смертью ты пожалел меня. Не знаю как и почему. Но теперь, не смотря на ваше пиршество смерти, мне жаль вас. Просто, по человечески - жаль. Хотя вы и не люди...
Когда он закончил оплакивать брата, бережно положил останки и молча подошел, навис надо мной серой горой. Я кое-как сел:

- Чего же ты ждешь? Убивай. Тебе ведь нужно отомстить? Вот он я.
- Человек. Ты. Не. Понимаешь. Брат. Хотел. Чтобы. Ты. Дошел.
- Что?..
- Да. Человек. Ты. Дал. Нам. Многое.
- Кажется я начинаю понимать...
- Нет. Вы. Люди. Редко. Понимаете. Вы. Глухие. Вы. Не. Слышите. Пустыню. Вы. Не. Цените. Книги.
- Мы.. А что мы дожны слушать? Ветер?
- Великое. Море. Зовет. Кричит. Плачет. Она. Много. Вытерпела. Во. Всем. Виноваты. Вы.
Мы. С. Братом. Жили. Много. Веков. Здесь. Ты. Никогда. Не. Сможешь. Понять. Что. Такое. Слушать. Тишину. Вечность. Как. Она. Прорастает. В. Тебе. Как. Ты. Становишься. Частью. Всего. И. Слышишь. Понимаешь. Что. Она. Живая.
Раньше. Здесь. Было. Много. Воды. Она. Смеялась. На. Ветру. И. Обнимала. Мир. Потом. Она. Дала. Вам. Жизнь. Вы. Не. Ценили. Ваш. Подарок. И. Ваших. Родителей. Вы. Убили. Ее. Вы. Почти. Убили. Себя.
Мы. С. Братом. Научились. Слушать. Тишину. И. Мы. Услышали. Ее. Мертвый. Шепот.
Она. Безмолвно. Кричала. Не. Просила. Ничего. Не. Могла. Ничего. Сказать. Она. Просто. Кричала.
Слезы... Откуда они у меня, почему. Кого я оплакиваю? Мертвое море? Мучительно убитых людей?..
- Так, жестоко.. Зачем было убивать? Кому от этого легче?!!
- Человек. Вам. Никогда. Не. Испытать. Той. Боли. Которую. Услышали. Мы. То. Что. Мы. Делали. С. Караванами. Только. Малая. Часть. Расплаты. За. Совершенное. Вами.
- Скажи это выпотрошенным заживо людям! - неожиданно нахлынула злость, я попытался встать, но только бессильно заскрежетал зубами - Что было, уже не вернешь! А мы живем сейчас! Сбрендившие дураки!!!
- Ты. Не. Понимаешь. Человек. Не. Понимаешь. Вы. Никогда. Не. Поймете. Вы. Не. Умеете. Слышать. Живое. И. Не. Сможете. Вы. Поклоняетесь. Мертвым. Вещам. И. Живете. В. Мертвом. Мире.
- Плевать! - гаркнул я, вся жалость куда-то улетучилась - Ты все равно ответишь за все эти смерти! Я убью Тебя!
- Не. Сейчас. Человек. Да. Я. Тоже. Хочу. Твоей. Смерти. Я. Хочу. Отомстить. Но. Я. Исполню. Волю. Старшего. Брата. Ты. Будешь. Жить.
- О чем ты курица бормочешь?!
- Опять. Вы. Люди. Так. Мало. Слышите. Старший. Брат. Хотел. Чтобы. Ты. Дошел. До. Заката. У. Тебя. Были. Книги. Такие. Как. Ты. Могут. Может. Быть. Смогут. Услышать. Эхо.
- Да при чем здесь книги?! - злость отошла, осталась одна раздраженность, рваными фразами и малопонятной беседой.
- У. Вас. Есть. Удивительное. Сокровище. Но. Вы. Его. Не. Цените. Все. Кто. Сюда. До. Тебя. Приходили. Несли. С. Собой. Только. Оружие. И. Еду. Вы. Животные. Вы. Любите. Только. Убивать. И. Питаться. Книги. Гораздо. Живее. Вас. Они. Очень. Красивы. Каждая. Из. Них. Это. Целый. Мир.
- Странно говоришь. Но ведь это мы их создали.
- Да.
- Миры из пустого места не рождаются!
- Да. Возможно. Мы. Не. Можем. Все. Слышать. Наверное. Поэтому. Брат. Пропустил. Тебя. Он. Тоже. Хотел. Понять.
- Зачем тогда он отдал мне это? - я взглянул на бесполезный теперь игломет, валяющийся неподалеку.
- Он. Он. - Монстр заскрипел, непонятно что он делает - плачет, смеется?.. - Он. Устал.

Только теперь до меня дошло, что значили те предсмертные слова, наполненные тысячелетней тоской: "Спасибо. Странник." Я зажал лицо руками, не хотелось слышать этот тихий скрип, ни вспоминать бойню устроенную ими, ни посиделку за чашкой ароматного чая, их улыбающиеся, ехидные, сморщенные мордашки, превратившиеся в зубастый оскал жестоких убийц...

- Кто вы такие.. - Я устало вытер лицо - Пришельцы?
- Нет. Мы. Рождены. Здесь. Иначе. Мы. Не. Услышали. Бы. Ее. Крик.
Прощай. Человек. Когда. Ты найдешь. То. Что. Лежит. За. Закатом. Мы. Еще. Встретимся. - монстр поднял останки брата, подошел к игломету и раздавил, чудо-пистолет рассыпался как детская игрушка. - Ты. Забрал. Жизнь. Старшего. Брата. Я. Забираю. Его. Подарок.

Монстр уже уходил, в голове варилась каша мыслей, но ни одна из них не находила слов:

- Подожди...

Он обернулся:

- Возможно. Ты. Найдешь. Там. Ответ. На. То. Что. Так. Хотел. Узнать. Мой. Брат.
Я. Буду. Ждать. Я. Постараюсь. Не. Влиться. В. Тишину. Ее. Слишком. Много. Без. Него. Меня. Удержат. Твои. Книги. Ты. Вернешься. Дашь. Мне. Ответ. Тогда. Я. Уйду.
К. Нему...

И растворился в ночной тьме.

Ночь медленно сползала с пустыни, нехотя отпуская свою сумрачную хватку. Солнышко робко показалось над горизонтом заливая мир предрассветными красками. Пустошь оживала после ночной охоты, постепенно пробуждаясь к жизни, точнее ее жалким остаткам. Лучи солнца озарили красным бредущую фигуру в сером балахоне. Человек остановился, скинул капюшон, поднял вверх голову и потом долго смотрел на небесный океан, который его предки не смогли у него отнять...