fallout.ru

Закат


Обитая железом дубовая дверь кузницы Харинда со скрипом отворилась, пропуская внутрь высокого, худощавого камбиона, нелепо одетого человека средних лет, в котором угадывался знаток оружия и доспехов, и молодую девушку привыкшую ходить легкой, крадущейся походкой.

- Я все-таки не понимаю, зачем мы покупаем броню у гнома? - недовольно пробурчал Энейер. - Неужели во всем Сигиле нет ни одной приличной дворвовской кузницы?

- Ух, забыла предупредить, - рассеяно проговорила Тейлен, проскальзывая в закрывающуюся дверь вслед за Эриком, - на Кринне нет гномов в нашем понимании - ну, этих, маленьких… безбородых.… Поэтому дворвы там зовутся гномами.

- Бред какой-то... - заметил Энейер.

- Может быть, - равнодушно заметила Тейлен. - Только не называйте Харинда дворвом, он терпеть не может своих не-Криннских сородичей.

- Как же нам его тогда называть? - поинтересовался Эрик.

- Господин Харинд. И вообще, вы будете молчать - говорить буду я. - добавила Тейлен и позвонила в стоящий на прилавке звонок.

Задняя дверь кузнецы распахнулась, и в помещенье вошел дворв. Внешне он ничем не отличался от знакомых Энейеру и Эрику Торилских дворвов. Та же длинная кучерявая борода, те же мощные, мускулистые руки и маленькие, обутые в кожаные сапоги ноги. На плече дворв тащил огромный латный нагрудник, явно рассчитанный на полу-орка.

- Эй, Харинд, привет! - улыбнулась дворву Тейлен.

- О-па, - только и выговорил тот, роняя нагрудник на пол, - да это никак Тейлен! Что, пришла расплатиться со старым другом?

- Расплатиться? - неуверенно отозвалась Тейлен. - Разве я тебе что-то должна?..

- Шучу! - расхохотался Харинд. - Чего надо?

- Вот этот человек, - она ткнула пальцем в Эрика, - ищет полный комплект брони, желательно серебряной и окропленной святой водой. Только не вашей, гномьей, а нормальной - целестийской.

- Э-э, да вы никак против демонов собрались! - догадался Харинд.

- Абишаи, - уточнил Энейер, - может еще кто-нибудь из баатезу. Мне бы не помешала серебреная сабля, заговоренная каким-нибудь жрецом или магом. Я так понимаю, баторская сталь баатезу не берет?

- Отчего же, - усмехнулся дворв, - еще как берет, клин клином вышибают... хотя, ты знаешь, действительно лучше запастись серебром, в таком деле наперед ничего не знаешь.

- Ладно, хватит языком чесать, - прервала не успевший начаться разговор Тейлен, - давай сюда все что есть.

- Ясно, - Харинд громко хлопнул широкими мозолистыми ладонями, - та-ак, броня для человека, и для камбиона...

- Только для человека. - Поправил Энейер, но не замедлил удивиться. - А что, и особая для камбионов есть?

- У мя все есть! - Добродушно рассмеявшись, сообщил Харинд и тут же недоверчиво прищурился. - Только как же ты…

- Я дерусь без брони, - пояснил Энейер, - меня обучали искусству кенсаи.

- Вот оно как, - уважительно подняв брови, проговорил дворв, - тогда нужно подыскать тебе действительно хорошую саблю.

Дворв снова скрылся у себя в мастерской и вернулся через пару минут. Выложил на прилавок груду доспехов, с десяток сабель и рапир самых разных мастей. Все - с серебреными лезвиями.

- Впервые вижу демона, орудующего серебреным мечом, - усмехнулся дворв, - о тебе будут слагать легенды, парень!

- Ну, я не совсем демон, и серебро для меня неопасно... - возразил камбион.

- Теоретически неопасно. - Поправил дворв.

- Может и так...

- Эй вы, хватит трепаться! - снова вмешалась Тейлен.- Выбирай себе саблю, и потопали отсюда. Мы еще должны до вечера побывать у Сириуса Златого и закупить там святой воды и заклинаний против демонов.

Энейер послушно потянулся к сабле, лежащей сверху груды оружия, но внезапно его рука замерла и потянулась за неприметной рукоятью, выглядывающей из-под горы металла. Обтянутая кожей рукоять без драгоценных камней, так и светящихся на остальных саблях и рапирах, ничем не примечательная, эта рукоять приковала его внимание, как будто была отлита из чистого золота. Энейер уже почти прикоснулся пальцами непонятно от чего задрожавшей руки к изогнутой рукояти, обитой черной кожей, когда дворв, заметивший его движение, внезапно вскрикнул:

- Не тронь!!!

Энейер отдернул руку, удивленно уставившись на оружейника.

- Простите меня… простите, - внезапно посеревший дворв чуть не упал на пол, - это оружие попало сюда по ошибке, ах я старый дурак! И как только у меня мозгов хватило... вы ведь чуть не сжали руку...

- В чем дело? - недоуменно спросил Эрик, в это время примерявший нагрудник.

- Этот меч, вернее сабля, зовется Полумесяцем. - Харинд аккуратно взял неприметную с виду саблю за лезвие и вытащил ее из-под груды звенящего оружия. Лезвие блестело серебром, ярко переливаясь, отражая свет, оставаясь внутри черным, лишенным собственного цвета. Как обсидиан королевского скипетра, окруженный серебряным кольцом инкрустации, как черная бездна вечности. - Его создал чернейший и могущественнейший в истории Кринна маг, Фистандантилус. Это лезвие помнит холод его ладоней и тепло его черной крови, которой он окропил металл, перед тем как отковать его, придать ему форму...

- Какая патетика! - восхитилась Тейлен. - Харинд, ты часом стихи не пишешь?

- Замолчи, женщина! - прервал ее дворв. - Я не нахваливаю товар, потому что этот клинок не продается.

- Собираешь легендарные мечи, Харинд? - хмыкнула Тейлен. - По-моему, это не слишком прибыльное увлеченье для оружейника.

- Да нет же... нет. - Огрызнулся Харинд. - Темный маг, да будет его имя предано забвению, заклял лезвие. К нему может прикоснуться только Проклятый - существо без души.

Внезапно Энейер подался вперед и мертвой хваткой вцепился в рукоять сабли. Его обдало холодом, таким сильным, что все тело разом отказалось повиноваться ему. Он стоял, не в силах пошевелиться, и смотрел, как перед ним черным провалом разверзается Бездна. А потом тихий, прерывистый голос проговорил: "У Пути Проклятого нет начала или конца. Пустая душа не знает покоя, и только мертвый заступит за грань вечности". Энейер почувствовал, что умирает, он видел блеск клинков разрезающих его тело, чувствовал теплую кровь, боль и запах смерти. "У Пути Проклятого нет конца..." Бездна... холод, кровь, боль. Энейер растворился в этой боли, его больше не существовало, он видел осколки собственной личности, чужие принципы и чужие идеалы - натянутые им, как чужая одежда, а под ней пустая душа камбиона. "Душа не есть святость, душа есть свобода выбора, возможность вершить свою судьбу...". Холод, боль, кровь, воронье, трупы, окрашенные кровью равнины, красное, сплошь в багровых пятнах небо над головой. Бездна. Энейер сильнее сжал руку, чувствуя рукоять сабли - изгиб грубой кожи, намотанной на дешевый металл. Внезапно холод сменился всепоглощающим жаром, огнем, спалившим его тело до кости. Разум эльфа был не в силах вынести такую боль, но тело демона и пустая душа камбиона молча поглотили боль и жар, холод и кровь, чужую личность, распавшуюся в осколки... Энейер больше не чувствовал ничего, он исчез, его не стало, последний отблеск его жизни исчез вместе с воспоминанием о боли, и Бездна поглотила его.


...Последнее испытание кенсаи состояло из трех этапов. Первым этапом была битва с тремя противниками одновременно. Вторым - полоса препятствий, состоящая из нагромождений вращающихся и движущихся лезвий. Последним этапом был поединок с самим собой. Энейер не знал, что это значит; его предупредили, что ни один кенсаи не будет говорить о третьем испытании, потому что все, прошедшие его, оставшуюся часть жизни пытаются стереть этот поединок из собственной памяти. "Неужели настолько страшно было встретиться с самим собой?" недоумевал Энейер, когда настал его черед проходить Испытания.

Трое бросились на него, одновременно размахивая оружием. Полу-орк, эльф и дворв - довольно странная комбинация противников. Полу-орк был вооружен тяжелым двуручным мечом, эльф - рапирой, а дворв - боевым топором. Действуя на удивление слаженно, противники окружили Энейера, синхронно нанося удары. Камбион пригнулся, уходя от широкого лезвия двуручного меча, отбил саблей лезвие рапиры и перехватил древко топора, вырывая его из рук дворва. Отпрянул назад, коротким ударом сабли обрывая жизнь дворва, снова скрестил мечи с эльфом, откатился в сторону, избегая меча полу-орка, и с силой вогнал ему в брюхо изогнутое лезвие своей сабли. Двое противников были мертвы, но бой был далеко не закончен, Энейер и эльф застыли, пристально глядя, друг другу в глаза. Рапира и сабля блеснули, одновременно нанося скользящие удары, и со скрежетом скрестились в воздухе, высекая искры из отточенных лезвий. Удар, еще удар. Более выносливый камбион мог измотать эльфа до полного изнеможения, но тот не спешил наносить удары, и спокойно стоял на месте, отражая атаки Энейера, и изредка делал резкие, стремительные выпады, уклониться от которых было невозможно. Энейер почувствовал кровь, стекающую по его руке, рукав рубахи был распорот от плеча до груди, кровь сочилась из широкого пореза. Покрытые кровью босые ноги скользили по полу, Энейер чувствовал, что может погибнуть, не пройдя даже первого испытания. Эльф спокойно готовился добить камбиона, держа поднятую рапиру на уроне живота, лезвие чуть наклонено вперед - как на уроке фехтования. Энейер бросился вперед, как красная молния, сабля слилась в размытый полукруг, метнувшийся к голове эльфа, тот успел поднять рапиру, но страшная сила удара вдавила ее лезвие в голову хозяина. Эльф погиб от прикосновения собственной стали. Покрытый чужой и своей кровью Энейер одним движением вытер саблю, одновременно пряча ее в ножны...

...Лезвия вращались с огромной скоростью, поднимая ветер, развевающий серебристые волосы Энейера. Между ними невозможно было проскочить. Невозможно для обычного человека. Но воина-кенсаи учили непостижимой для простых бойцов концентрации, когда время замедляет свой бег и можно увидеть, где заканчивается настоящее и начинается будущее - увидеть грань вечности. Энейер оттолкнулся босыми ногами от гладкого пола, легко перепрыгнул через первое лезвие, уклонился от второго, пригнулся, снова прыгнул, кувыркнулся в полете, чувствуя как всего в сантиметре от его головы, срезая волосы, пронеслось округлое лезвие. Камбион упал на пол, упершись в холодные плиты пола острым коленом. Энейер глубоко вздохнул...

...Зеркальный зал, третье испытание, поединок с самим собой. Энейер вошел в зал, зачаровано разглядывая собственные отражения. Остановившись посреди зала, он в недоумении остановился. Внезапно одно из отражений пошевелилось независимо от камбиона, отраженный Энейер вытащил саблю из ножен и шагнул вперед, переступая черту зеркала. Энейер, наблюдая за своим отражением, извлек из ножен саблю и стал терпеливо ждать. Отражение резко рванулось вперед, нанося удар, Энейер хорошо знал этот прием; отбросив приближающееся лезвие, он резко, наотмашь ударил Отражение. Зеркальный противник также легко парировал удар, отходя в сторону. И тут камбион с ужасом понял, что не знает такого удара, каким он смог бы победить свое отражение. В битве с самим собой победителей нет и, в конце концов, они оба упадут на пол, пронзенные саблями, застывшие в объятьях смерти. Энейер и двойник уставились друг на друга, и камбион прочел в глазах своего Отражения тот же ужас: двойник понимал, осознавал то же что и Энейер. Он понял смысл испытания: пусть лучше один Энейер выйдет из этого зала живым, отраженная жизнь лучше смерти. Камбион опустил рукоять сабли, припадая перед двойником на одно колено. Отражение стремительно атаковало, занося саблю. Удар! Энейер остановился, глядя, как на пол падает обезглавленное тело... его тело. Потом посмотрел на саблю привычно лежащую в его вспотевших ладонях, ту самую, которой он только что нанес удар. Так кто же из них был отражением?..


...Энейер открыл глаза, чувствуя, как последний осколок его старой личности опадает в Бездну. Что-то изменилось в самой природе Проклятого, он понимал, что никогда больше не вернуться старому Энейеру, тому, что еще не знал прикосновенья рукояти Полумесяца. Точно так же, как не вернется тот Энейер, чей труп остался в зале отражений. Камбион уверено сжал рукоять сабли Фистандантилуса.

- Я чувствую себя сильнее, - прошептал он.

- Йер, это ты? - дрожащим голосом спросила Тейлен. - Твой голос... изменился.

Камбион задумчиво взмахнул саблей. Лезвие запело, рассекая воздух.

- Он сделал эту саблю для меня, понимаешь? Он знал.

- Кто знал?

- Фистандантилус.


...Элминстер проснулся в холодном поту, ощущая прикосновение другого мира. Человек в черных одеждах, какие носят темные маги Кринна, предсказал, его, Элминстера, смерть от руки камбиона. Величайший маг Фаеруна впервые за долгие годы почувствовал животный страх за собственную жизнь, такой сильный, что едва не отменил приказ Нейеке устранить камбиона. Помолившись Мистре, Элминстер все же сумел успокоиться и взять себя в руки. "Ну же, старая развалина. Все не так уж плохо, Нейеке справиться, девочка она шустрая, а Черный Чародей о ее смерти ничего не говорил..."


...Энейер неподвижно стоял на широкой улице Сигила, глядя на медленно темнеющую мозаику неба Города Дверей. Рядом стоял падший паладин Эрик в новой сверкающей серебреной броне с двуручным мечом на плече. Тейлен в своем обычном черном костюме сидела на лестнице кузнецы Харинда, хозяин которой, опершись на стену, мечтательно смотрел куда-то вдаль.

- Я чувствую приближение бури, - cвоим новым, тихим и более внушительным голосом сказал Энейер.

- Да друг, приближается буря - подтвердил Эрик.

- Закат сегодня багровый, - внезапно проговорил Харинд, - завтра прольется кровь, много крови...

- Да вы заткнетесь или нет?! Тошно слушать! - почти закричала Тейлен. - Терпеть не могу "грязную" работу, а из-за вас должна вмешиваться в дела баатезу... тьфу!


Rambler's Top100 Service