fallout.ru

Осколки веры


…Осенняя листва медленно кружила над землей, подбрасываемая внезапными порывами ветра. Было тепло, почти жарко, очень странная погода для поздней осени, когда деревья уже почти расстались с золотым нарядом, но первый снег все еще собирался в облачном небе, падая на землю мокрым дождем.

Здесь - в Амне, всегда было так тепло. Здесь не было пронизывающего бриза Ласкана, покрывающего коркой льда здания на набережной и ранящего лицо тысячами невесомых льдинок, занесенных с далеких ледяных островов, блуждающих в бескрайнем море. Не было воющих в ночи снежных бурь Невервинтера, покрывающих город полуметровым слоем снега за считанные часы, не было морозных дождей Врат Балдура, несущих по проселочным дорогам потоки грязи. Был только теплый ветер, осенняя листва, кружащая в воздухе и свежий запах приближающейся с севера зимы…

Энейер полулежал в удобном глубоком кресле на веранде загородного поместья Делвиров: небольшого двухэтажного домика, и вслушивался в пение готовящихся к отлету на крайний юг птиц. Плотный шерстяной шарф прикрывал заживающие глаза, широкий рукав черной куртки (той самой, сигильской) - обрубок руки. Камбион отдыхал, удобно устроившись в мягком кресле. Немного в его короткой жизни было таких приятных моментов отдыха души и тела, запоминающихся надолго, а то и навсегда.

Скрипнула дверь… Энейер повернул голову на звук, хотя он и ослеп, возможно, навсегда, но острый слух натренированный бесчисленными упражнениями кенсаи еще никогда не подводил его. Тяжелые, немного неуклюжие шаги, Энейер расслабившись, откинул голову на спинку кресла.

На веранду вышел немолодой человек с черными кучерявыми волосами и короткой бородой, худой и жилистый, напоминающий стройный клинок золотистого меча, висящего у него на поясе. В руке он держал бокал вина.

- Доброе утро. - Улыбнулся он камбиону, и уселся в соседнее кресло, умудрившись при этом не пролить на свой светло-синий костюм ни капли дорогого темно-красного вина.

- Доброе… - согласился Энейер, прислушиваясь к шумам просыпающегося мира, - у вас здесь всегда так тихо?

- Да… - Эрик Делвир мечтательно зажмурился, - Амн - это мое любимое земное королевство.

- Просто потрясающая тишина, я никогда не думал, что на свете такое бывает. Шумные города, свистящий ветер в подворотнях заброшенных кварталов и темных залах покинутых дворцов, капающая вода, пищащие в темноте крысы… А здесь - покой, иногда мне кажется, что я умер, а ты обманываешь меня, говоря что это Амн. Скажи мне что это не правда… Хельм.

- Это - действительно Амн, - ухмыльнулся паладин, отпивая вина, - и именно поэтому тебе стоит называть меня Эрик Делвир, помнишь?

- Да-а… - мечтательно протянул Энейер, поправляя шерстяной шарф, прикрывающий глаза, - тогда скажи мне… Эрик Делвир, неужели в мире совсем нет случайностей? Наша первая встреча в забитой деревеньке, во владеньях этого борова Хендекнуда, каменоломни, Сигил, ты знал все это заранее?…

- В некотором роде знал, но изменить - изменить не мог. - Эрик Делвир пожал плечами, все-таки проливая пару капель красного вина на свой костюм, задумчиво глядя на растекающиеся красные пятна, он продолжил. - Случайностей действительно мало, но они есть… сейчас я догадывался, что могу пролить вино себе на тунику, но, тем не менее, не отставил в сторону бокал, предпочитая рисковать, но наслаждаться изысканным напитком. И так всю жизнь, Энейер, всю жизнь…

- К чему все это? Зачем ты помог мне, почему позволили Шарелю отобрать Торнсильн, зачем последовал за мной в Сигил?

- Я просто хотел узнать, - пожал плечами Хельм, - узнать какой путь ты выберешь, узнать, как воспользуешься Полумесяцем, узнать, как поступят Арфисты, и паладины Разбитого Солнца… странное желание для бога?

Камбион едва заметно кивнул, так чтобы с глаз не сползла шерстяная повязка. Аватар Хельма говорил еще что-то, но Энейеру не нужны были слова, уже не нужны…. Жалел ли он о чем-либо? Может быть. Когда в Мортуарии Хельм подошел к телу Тейлен, произнося заклинание Воскрешения, именно он, Энейер, отвел его руку. "Не нужно, - прохрипел тогда он, - она теперь среди тех за кого я поклялась отомстить…" Нет. Он не жалел о своем решении. Он просто жалел себя, жалел, что никогда больше не увидит подруги детства, приносящей с собой радостные, чистые воспоминания. Все умерло: Тейлен, ненависть к Дриззту и Элминстеру, стремление обрести покой. Все это было в прошлом, остался только он, Энейер из Ласкана, сидящий в кресле на веранде дома Делвиров. Прав был архимаг Тенеру, - покой, только в смерти.

Энейер едва заметно улыбнулся.

- Над чем смеешься? - спросил его Хельм, выпивая второй бокал вина.

- Над собой, над тобой, над Шарелем… Он ведь действительно думал, что получит власть над Торилом в обмен на твой меч.

- Да… человеческая глупость порой не знает границ. Неужели он, и другие члены ордена Разбитого Солнца думали, что я оставлю свой меч, часть своей силы валяться где-то на Ториле… в руках у какого-нибудь оркского атамана. Я вернулся сюда, как только восстановил всю энергию, потерянную в схватке с твоим отцом.

- Скажи мне Хельм, - спросил Энейер, неожиданно серьезно, - когда Дриззт говорило о том, что победил аватара, он ведь имел в виду меня, не так ли? Скажи мне, кто такой Несущий Смерть.

- Я не могу сказать тебе этого, - ответил Хельм, - не потому что "это затронет твою судьбу", нет, я просто не знаю…. На тебе лежит проклятье могущественного эльфийского бога, Кореллона Ларетиана. Проклятие Богов несет в себе искру божественной силы, так же как и их кровь. Я точно не знаю, что ты такое, во многом ты подобен детям Баала, в чем-то баатезу. Ты несешь в себе часть божественной силы Проклятия Богов, и опять же, я не знаю, за что тебя прокляли, а прокляли тебя при рождении. К сожалению, боги не любят делиться своими секретами. Возможно, я не могу ответить, потому что не знаю, кем была твоя мать…

- Я тоже, но мы оба знаем того, кто сможет ответить на этот вопрос…

- Ты все еще хочешь найти своего отца?

- Теперь, все еще… - покачал головой Энейер, - раньше это было не важно, теперь же… мне просто необходимо знать, понимаешь? Я хочу узнать, за что меня приговорили к такой жизни, если это можно назвать жизнью.

- Можно…- Хельм протянул Энейеру бокал, - наслаждайся вином, Энейер из Ласкана, пока оно не нагрелось. И не теряй веры в завтрашний день, кто знает, что он принесет?

- Вера… - Энейер усмехнулся, вертя в руках полупустой хрустальный бокал. - Недавно моя вера раскололась на тысячи обжигающих осколков, так же как и мой меч, осколки стали выжгли мне глаза, осколки веры - остатки души…

- Душу нельзя выжечь, даже пустую. Ее можно только ранить. А что до осколков… - Хельм улыбнулся, и, взяв из единственной руки Энейера бокал, вложил в раскрытую красную ладонь камбиона груду острых, холодных стальных осколков, осколков Полумесяца, - из них ведь можно снова выковать меч. Возможно, даже лучше прежнего.

Энейер плача сжал руку, чувствуя, как черные осколки пронзают ладонь, как капает из ран кровь, смешиваясь со слезами. Хельм скрипнул креслом, встал, и вошел назад в дом, оставив камбиона одного, с окровавленными осколками в руке…

Rambler's Top100 Service